Category: армия

Category was added automatically. Read all entries about "армия".

Заглавная.

Здравствуйте, меня зовут Андрей. Будем знакомы.
Я предприниматель, у меня свой бизнес.
Есть хобби.Играю в футбол.Люблю путешествовать.
Есть необходимость писать. Хочется сделать нашу жизнь лучше. И увы, без политики здесь не обойдешься.Я не за красных или белых,я за логику которая все реже встречается в нашей жизни.
Пишу практически каждый день, на ту тему, которая интересна.
В любом случае подписывайтесь. Будет интересно.Я постараюсь отбирать для вас по интересной новости в день, и анализировать ее с позиции логики.
Чем дальше, тем интереснее.


promo andrex_1 april 6, 2019 18:12 Leave a comment
Buy for 10 tokens
Прося людей оказать вам услугу, вы на самом деле укрепляете связь между вами. Майкл Симмонс пишет об отличном нетворкинг-методе, которым пользовался еще Бенджамин Франклин. Был один человек, которому он ну никак не нравился. И как Франклин ни старался быть любезным, ничего не помогало. И вместо…

Тоцкие учения.

Утром 14 сентября 1954 года над Тоцким полигоном в Оренбургской области была взорвана атомная бомба.Дело в том, что это было не просто испытание атомной бомбы, а общевойсковые военные учения с применением ядерного оружия. И проведены они были в густонаселенной местности. Именно поэтому последствия этого взрыва так интересуют медиков, генетиков и экологов.

На учениях присутствовали руководители партии и правительства — Хрущев и Булганин, высшие военачальники. Руководил операцией маршал Жуков
Недавно вышел сборник трудов ученых Уральского отделения РАН, посвященный анализу эколого-генетических последствий этого события. Уральские специалисты показали, что последствия взрыва сказались не только на его очевидцах, но и на их потомках. Бомба догоняет их и через 40 лет.
О тоцком атомном взрыве известно гораздо меньше, чем об испытаниях ядерного оружия на Новой Земле или Семипалатинском полигоне. Информация о нем была закрыта почти 40 лет. Часть ее засекречена и поныне.

Под сенью ядерного гриба оказались 45 тыс. военнослужащих разных родов войск. Что касается жителей деревень, ближайших к полигону, то перед бомбометанием они были вместе с домашним скотом временно эвакуированы и укрывались за холмами. Остальных же просто предупредили, что не возымело никакого действия. Люди, наоборот, забрались на крыши и стали наблюдать за развитием событий через закопченные стекла. Некоторые из них потом умерли от лейкемии.

Бомба была сброшена с самолета на высоте 8 км и взорвалась в 350 метрах от земли. Ее мощность составила 40 кт тротилового эквивалента, что почти в два раза больше мощности бомб, сброшенных на Хиросиму и Нагасаки. Через три часа после взрыва начались "боевые действия" между "западными" и "восточными". В тот день над полигоном дул сильный ветер. Поэтому радиоактивное облако и пылевой столб высотой 12-15 км быстро переместились в восточном направлении. На траектории его движения образовался тоцкий радиоактивный след (ТРАС) длиной 210 км.

В первое время после аварии основным дозообразующим радионуклидом был кобальт-60, период полураспада которого 5,27 года. В долговременной же перспективе основной вклад в коллективную дозу, получаемую от таких ядерных взрывов, вносят цезий-137 и стронций-90, периоды полураспада которых около 30 лет, и углерод-14 с периодом полураспада 5730 лет.Участник Тоцких учений Юрий Коротеев в книге «Атомные солдаты Беларуси» вспоминал: «Раздался мощный громовой раскат. В результате взрыва земля сильно вздрогнула. Небо озарилось ослепительной вспышкой. Буквально через 5−7 секунд на нас обрушилась ударная волна. Взметнулся огромный столб из дыма, огня и пыли, вскоре превратившийся в смертоносный «атомный гриб».

Но бояться и прятаться было некогда: сразу же после взрыва позиции «западных» накрыли огнем орудия и танки «восточных». На ствол было выдано по 72 снаряда, на все про все — 20 минут, плотность огня была выше, чем в Берлинской операции.
После этого техника и солдаты двинулись в атаку — по резко ставшей незнакомой местности, плоской, как крышка стола.

А в эпицентре на глазах бойцов рождался «атомный гриб»: вверху темно-бурое облако, ниже огромный золотой шар, а в самом низу ослепительно-белый столб.
Самыми первыми около «атомного гриба» оказались самолеты: обстреливая позиции «врага», некоторые из них пролетели через его «ножку». На земле первые солдаты добрались до эпицентра всего через 40 минут после взрыва. Затем пошли бронетехника и мотострелки, а после них пехота.Над боевыми порядками наступавших на предполагаемого противника войск висело смертоносное атомное облако.

Гусеницы танков и колеса БТР и машин, ноги пехотинцев проваливались в выгоревший, еще пылающий огнем, смертоносный грунт. Всюду, на различных расстояниях от эпицентра, лежали перевернутые или же вдавленные в землю танки и БТР с обуглившимися, не подающими признаков жизни животными, превращенные в бесформенные слитки самолеты, автомашины и другая
военная техника», — рассказывал Юрий Коротеев.

Вот как рассказывал о точности измерений участник учений Петр Зелинский:
«Официально во взводе управления батареи должность дозиметриста выполнял мой земляк с Мядельщины, учитель Иосиф Шишло. За день до учений ему дали прибор, но не научили, как им пользоваться. На учениях, как он его ни крутил, стрелка во всех положениях зашкаливала.

Таким образом, измерить уровни радиации ему не удалось».
«Бой» в итоге продолжался весь день. В общей сложности военнослужащие, задействованные в учениях, провели на полигоне 12 часов, часть прошла на бронетехнике через сам эпицентр взрыва. «Никто из участников не думал о последствиях для своего здоровья. Войска выполняли приказ», — вспоминал очевидец.По воспоминаниям солдат, перед учениями им выдали новую форму — неношеную, прочную, с кожаными, а не брезентовыми ремнями.

Конечно, мало кто выбросил ее после дня облучения.
«Многие носили ту одежду и даже не представляли, какой вред она приносит ее хозяевам. Я сам на том кожаном ремне лет 20 бритву точил. Хороший, толстый был ремень!» — вспоминал Петр Зелинский. По его словам, после самих учений смертей не было — умирать начали через несколько лет от «белокровия». Доказать причину не получалось: подписка о неразглашении, полное отсутствие упоминаний о ядерных учениях в документах. Такой вот день....


Англия-Украина. Чуда не произошло..

Чуда не произошло. Сказка закончилась.
Англия сильнее.
1 260 000 000 долларов против
196 000 000 долларов.
Кейн и Стерлинг, или Санчо и Рэшфорд , любая пара из этой четвёрки дороже сборной Украины.
Харри Кейн стоил 120 000 000 , теперь
будет стоить 200 000 000.
Хороший, добротный Фольсваген не может быть лучше 600-го Мерседеса.
АПЛ это не УПЛ.

Спасибо сборная Украины за надежду, за эмоции, за результат.
Будут учиться, будут растить молодёжь.
Огромное спасибо 3 000 украинских болельщиков прорвавшихся в Италию поддержать этих парней!
Всё будет.








Мама знает как правильно!

Есть ситуации которые могут произойти только в Израиле.
Диалог на центральной автостанции между мамой и сыном. Видимо она его подвезла. Сын - солдат в форме. Судя по всему, служит не больше полу года. Разговор был на иврите. Попробую перевести.
Мама:

- Ты всё сложил в сумку?
- Да, мама.
- Носки, трусы?
- Да, мама
- Дополнительную зарядку от телефона взял?
- Да, мама, взял.
- Где второй "рожок" от автомата?
- В сумке.

- Почему он в сумке? Вытащи и прикрепи к автомату. И перевесь автомат через голову, а не, так, как ты его носишь на плече. Это М-16, а не "Узи". Перевесь. Удобнее будет снимать....если что.
- Ну, мам.

- Не "нумамкай" мне. Вытащи "рожок" и перевесь автомат, как положено. - Отчеканила мама командирским голосом, так, что даже, я "подобрался" и встал ровно. - Поверь мама знает, как - правильно!!!

И, я не на секунду не сомневаюсь, что эта мама, ТАКИ ЗНАЕТ, КАК ПРАВИЛЬНО!!!



Семь выводов после трагедии в Казани .

Первое. Защиты от сумасшедшего человека нет. Его мотивы неясны, его логика неразумна, его действия непредсказуемы. Вопрос только в том, какое число препятствий необходимо преодолеть сумасшедшему человеку, чтобы осуществить злодеяние. Порог может быть высоким, может быть низким. В казанской школе он оказался критично низок.

Второе. Вопиющая несоразмерность уровня защиты органов власти и социальных учреждений. Органы власти охраняет Росгвардия. Попробуй зайди. Школы и больницы охраняют вахтеры и ЧОПовцы разного уровня. Государственная защита самых уязвимых государственных социальных организаций отсутствует. Эту государственную защиту необходимо создать и полностью финансировать из бюджета учредителя.

Третье. Формальность процедур выдачи и контроля хранения огнестрельного оружия. Недопустимо низкий возрастной порог доступа: в 18 лет человек в абсолютном большинстве случаев неспособен понимать ценность жизни. Да, в армию призывают с 18 лет. Но там человек получает временный доступ к государственному оружию под контролем старших по званию. И при этом сколько трагедий происходит ежегодно. Возрастной ценз для владения личным оружием разумно поднять до 21 года. Погибшим в Казани это сохранило бы жизни.
Не
Четвёртое. Выхолащивание государственной системы. В Росгвардии служит уже свыше 430 тыс. человек – больше, чем в Сухопутных войсках. Каков уровень государственного контроля за оборотом оружия, выдача которого отнесена к полномочиям Росгвардии? Кто контролирует саму эту систему? Кто и как часто проверяет её работу?

Пятое. Отсутствие деятельных выводов из предшествующих трагедий. После расстрела учащихся в керченском колледже в 2018 году Путин уже распоряжался об ужесточении контроля за оборотом оружия. Где это его распоряжение? Блокировано заинтересованными лицами, влияния которых хватило для срыва указания главы государства. Кто сорвал? Неизвестно. Кто контролировал выполнение распоряжения президента? Неизвестно. Вот и вся вертикаль власти. Когда необходимо защитить рядовых граждан, её нет.

Шестое, самое отвратительное. Когда с места трагедии уносят погибших и раненых, на месте немедленно появляются мародеры. Вчера это были депутаты Государственной, прости, Господи, Думы. Оказывается, главная причина произошедшей трагедии – анонимность действий людей в интернете. Вот он – главный враг. Вот что мешает государственной безопасности.

То, что убийца действовал публично, объявил о своих намерениях в своем телеграм-канале заранее, не скрывал имени и вообще прошёл по большому городу с ружьём в руках и 150 патронами в сумке, мимо всех камер наблюдения и даже помахав рукой встречным прохожим – для врагов анонимности в интернете не имеет значения.

Какой знакомый рефлекс – примерно так же после трагедии в Беслане в 2004 году отменили прямые выборы губернаторов. Сделали то, что давно хотели сделать, найдя кровавый повод и бесстыдно прикрывшись телами погибших.

Седьмое, личное. Если ломаются отношения в семье, ломается человек. У абсолютного большинства убийц были проблемы в семье и личной жизни. Публичная жестокость почти всегда – следствие неустроенности и разрухи в близких человеческих отношениях. Ненависть рождает ненависть. Жестокость и непонимание в семье часто приводят к общественным трагедиям. Предсказать невозможно, но возможно предотвратить.

Светлая память невинно погибшим.


Между Сталиным и Гитлером.

"В армейской жизни под Погостьем сложился между тем своеобразный ритм. Ночью подходило пополнение: пятьсот — тысяча — две-три тысячи человек. То моряки, то маршевые роты из Сибири, то блокадники (их переправляли по замерзшему Ладожскому озеру). Утром, после редкой артподготовки, они шли в атаку и оставались лежать перед железнодорожной насыпью. Двигались в атаку черепашьим шагом, пробивая в глубоком снегу траншею, да и сил было мало, особенно у ленинградцев. Снег стоял выше пояса, убитые не падали, застревали в сугробах. Трупы засыпало свежим снежком, а на другой день была новая атака, новые трупы, и за зиму образовались наслоения мертвецов, которые только весною обнажились от снега, — скрюченные, перекореженные, разорванные, раздавленные тела. Целые штабеля.

О неудачах под Погостьем, об их причинах, о несогласованности, неразберихе, плохом планировании, плохой разведке, отсутствии взаимодействия частей и родов войск кое-что говорилось в нашей печати, в мемуарах и специальных статьях. Погостьинские бои были в какой-то мере типичны для всего русско-немецкого фронта 1942 года. Везде происходило нечто подобное, везде — и на Севере, и на Юге, и подо Ржевом, и под Старой Руссой — были свои Погостья…

В начале войны немецкие армии вошли на нашу территорию, как раскаленный нож в масло. Чтобы затормозить их движение не нашлось другого средства, как залить кровью лезвие этого ножа. Постепенно он начал ржаветь и тупеть и двигался все медленней. А кровь лилась и лилась. Так сгорело ленинградское ополчение. Двести тысяч лучших, цвет города. Но вот нож остановился. Был он, однако, еще прочен, назад его подвинуть почти не удавалось. И весь 1942 год лилась и лилась кровь, все же помаленьку подтачивая это страшное лезвие. Так ковалась наша будущая победа.

Кадровая армия погибла на границе. У новых формирований оружия было в обрез, боеприпасов и того меньше. Опытных командиров — наперечет. Шли в бой необученные новобранцы…

— Атаковать! — звонит Хозяин из Кремля.
— Атаковать! — телефонирует генерал из теплого кабинета.
— Атаковать! — приказывает полковник из прочной землянки.

И встает сотня Иванов, и бредет по глубокому снегу под перекрестные трассы немецких пулеметов. А немцы в теплых дзотах, сытые и пьяные, наглые, все предусмотрели, все рассчитали, все пристреляли и бьют, бьют, как в тире. Однако и вражеским солдатам было не так легко. Недавно один немецкий ветеран рассказал мне о том, что среди пулеметчиков их полка были случаи помешательства: не так просто убивать людей ряд за рядом — а они все идут и идут, и нет им конца.

Полковник знает, что атака бесполезна, что будут лишь новые трупы. Уже в некоторых дивизиях остались лишь штабы и три-четыре десятка людей. Были случаи, когда дивизия, начиная сражение, имела 6-7 тысяч штыков, а в конце операции ее потери составляли 10-12 тысяч — за счет постоянных пополнений! А людей все время не хватало! Оперативная карта Погостья усыпана номерами частей, а солдат в них нет. Но полковник выполняет приказ и гонит людей в атаку. Если у него болит душа и есть совесть, он сам участвует в бою и гибнет. Происходит своеобразный естественный отбор. Слабонервные и чувствительные не выживают. Остаются жестокие, сильные личности, способные воевать в сложившихся условиях. Им известен один только способ войны — давить массой тел. Кто-нибудь да убьет немца. И медленно, но верно кадровые немецкие дивизии тают.

Хорошо, если полковник попытается продумать и подготовить атаку, проверить, сделано ли все возможное. А часто он просто бездарен, ленив, пьян. Часто ему не хочется покидать теплое укрытие и лезть под пули... Часто артиллерийский офицер выявил цели недостаточно, и, чтобы не рисковать, стреляет издали по площадям, хорошо, если не по своим, хотя и такое случалось нередко... Бывает, что снабженец запил и веселится с бабами в ближайшей деревне, а снаряды и еда не подвезены... Или майор сбился с пути и по компасу вывел свой батальон совсем не туда, куда надо... Путаница, неразбериха, недоделки, очковтирательство, невыполнение долга, так свойственные нам в мирной жизни, на войне проявляются ярче, чем где-либо. И за все одна плата — кровь. Иваны идут в атаку и гибнут, а сидящий в укрытии

Если бы немцы заполнили наши штабы шпионами, а войска диверсантами, если бы было массовое предательство и враги разработали бы детальный план развала нашей армии, они не достигли бы того эффекта, который был результатом идиотизма, тупости, безответственности начальства и беспомощной покорности солдат. Я видел это в Погостье, а это, как оказалось, было везде.

На войне особенно отчетливо проявилась подлость большевистского строя. Как в мирное время проводились аресты и казни самых работящих, честных, интеллигентных, активных и разумных людей, так и на фронте происходило то же самое, но в еще более открытой, омерзительной форме.

Приведу пример. Из высших сфер поступает приказ: взять высоту. Полк штурмует ее неделю за неделей, теряя множество людей в день. Пополнения идут беспрерывно, в людях дефицита нет. Но среди них опухшие дистрофики из Ленинграда, которым только что врачи приписали постельный режим и усиленное питание на три недели. Среди них младенцы 1926 года рождения, то есть четырнадцатилетние, не подлежащие призыву в армию... «Вперрред!!!», и все. Наконец какой-то солдат или лейтенант, командир взвода, или капитан, командир роты (что реже), видя это вопиющее безобразие, восклицает: «Нельзя же гробить людей! Там же, на высоте, бетонный дот! А у нас лишь 76-миллиметровая пушчонка! Она его не пробьет!»... Сразу же подключается политрук, СМЕРШ и трибунал.

Один из стукачей, которых полно в каждом подразделении, свидетельствует: «Да, в присутствии солдат усомнился в нашей победе». Тотчас же заполняют уже готовый бланк, куда надо только вписать фамилию, и готово: «Расстрелять перед строем!» или «Отправить в штрафную роту!», что то же самое. Так гибли самые честные, чувствовавшие свою ответственность перед обществом, люди. А остальные — «Вперрред, в атаку!» «Нет таких крепостей, которые не могли бы взять большевики!» А немцы врылись в землю, создав целый лабиринт траншей и укрытий. Поди их достань! Шло глупое, бессмысленное убийство наших солдат. Надо думать, эта селекция русского народа — бомба замедленного действия: она взорвется через несколько поколений, в XXI или XXII веке, когда отобранная и взлелеянная большевиками масса подонков породит новые поколения себе подобных.

Легко писать это, когда прошли годы, когда затянулись воронки в Погостье, когда почти все забыли эту маленькую станцию. И уже притупились тоска и отчаяние, которые пришлось тогда пережить. Представить это отчаяние невозможно, и поймет его лишь тот, кто сам на себе испытал необходимость просто встать и идти умирать. Не кто-нибудь другой, а именно ты, и не когда-нибудь, а сейчас, сию минуту, ты должен идти в огонь, где в лучшем случае тебя легко ранит, а в худшем — либо оторвет челюсть, либо разворотит живот, либо выбьет глаза, либо снесет череп. Именно тебе, хотя тебе так хочется жить! Тебе, у которого было столько надежд. Тебе, который еще и не жил, еще ничего не видел. Тебе, у которого все впереди, когда тебе всего семнадцать! Ты должен быть готов умереть не только сейчас, но и постоянно. Сегодня тебе повезло, смерть прошла мимо. Но завтра опять надо атаковать. Опять надо умирать, и не геройски, а без помпы, без оркестра и речей, в грязи, в смраде. И смерти твоей никто не заметит: ляжешь в большой штабель трупов у железной дороги и сгниешь, забытый всеми в липкой жиже погостьинских болот.

Бедные, бедные русские мужики! Они оказались между жерновами исторической мельницы, между двумя геноцидами. С одной стороны их уничтожал Сталин, загоняя пулями в социализм, а теперь, в 1941-1945, Гитлер убивал мириады ни в чем не повинных людей. Так ковалась Победа, так уничтожалась русская нация, прежде всего душа ее. Смогут ли жить потомки тех кто остался? И вообще, что будет с Россией?"


Цитата из книги настоящего фронтовика, настоящего ветерана, настоящего Героя Войны Николая Никулина.


Секретная машина.

В институте был преподаватель Гургеныч. Старый кинооператор, который снял много хороших советских фильмов и просто классный дядька.

Как-то он принес маленькую кино бобинку на полминуты всего.

Это, говорит, самое смешное, что вы увидите в жизни (и ведь не соврал), зарядил киноаппарат и толкнул предисловие:

- Я в середине 60-ых снимал в Польше кино: война, немцы, партизаны. На Краковской площади снимали эпизод как немцы сбили наш самолет, летчик прыгнул с парашютом, а немцы с собаками его берут в плен.

Дубль-1: Каскадер прыгнул, приземлился. арестовали.

Режиссер:-Как то не то… он плавненько спустился, как диверсант, зрителю его не будет жалко…

Гургеныч:-А что же вы хотите?

Режиссер:Давайте хоть ветра подождем.

Поляк переводчик:- Проше пана, мы конечно можем подождать, но так для справки, последний раз на этом месте ветер был четыреста лет назад, когда построили эту площадь, она же квадратная и вокруг дома.

Режиссер:-Тогда перерыв до завтра. Ветер я организую.

Режиссер позвонил в Москву, оттуда в штаб нашей армии в Польше и к утру на площадь въехала зачехленная штуковина, а при ней майор с солдатом.

Режиссер:-Ну давай майор, снимай брезент и покажи как дует твой вентилятор.

Майор:-Товарищ режиссер, эта машина секретная, так что я расчехлю ее в последний момент перед съемкой.

Режиссер:-А какую струю может выдать твоя каракатица?

Майор:-Всего 10 градаций: от первой самой слабой до десятой, но вам больше первой не потребуется.

Режиссер:-Майор! Генерал мне сказал, что ты поступаешь в мое распоряжение, и все мои слова, для тебя приказы! Не нужно мне давать советов!

Майор:-Виноват, товарищ режиссер.

Режиссер:-Пойми, мне нужен ветер не на десятку, а на десятку с плюсом, выжми из своей колымаги все соки. Чтоб это был не просто ветер, а драматический ветер.

Майор сказал “Есть!” и пошел готовить машину.

Гургеныч закончил вступление, погасил свет и сказал, а вот теперь вы увидите дубль 2…

Летчик выпрыгнул с парашютом и так же как в первом дубле не спеша спускается на площадь. Вдруг, он как бы увидел немцев… и за два метра от земли, с дикой скоростью улетает сначала вдаль, а потом долетев до домов, взмывает вверх откуда прилетел. Немцы, как бы подхваченные воздушной волной парашютиста скачут вдаль как надувные по булыжной мостовой вместе с собаками и мотоциклом. На противоположной стороне площади выдавливаются (все) оконные стекла. Парашютист, слава Богу не пострадал, он приземлился через пару кварталов, а вот “немцев” чуток покоцало.

Когда режиссер пришел в себя от шока, он спросил майора:

- Что это было?

Майор доложил, что это машина для сдувания радиоактивной пыли с боевой техники в случае ядерного конфликта, и на десятом уровне она сдувает все, что весит меньше тридцати тон. Если мы вам больше не нужны, разрешите нам убыть в часть…



Зачем нам гонка вооружений?

В СССР реальный налог был между 85 и 90 процентами, 13 процентов была фикция. То есть реально коммунизм держался на безумном налоге. У советских людей в карманах оставалось где-то 10–12 процентов от того, что они зарабатывали.

Для того чтобы увеличить на 20 процентов оборонный бюджет в Советском Союзе, они оставили в кармане у людей не 12 процентов, а 6. А если на столько же увеличить американский военный бюджет, у американского человека в кармане оставалось бы не на 50 процентов меньше, а на 2 процента меньше, то есть его уровень жизни от этого очень мало отражался.

Что в современной России. На самом деле российские налоги тоже очень высокие, они распределенные, многие из них спрятаны. Нельзя увеличить военный бюджет российский, не повысив какие-то серьезно налоги. Повышение налога еще дополнительное очень сильно снизит уровень жизни среднего человека. Тем более что Путин обещает, наоборот, всем раздавать деньги, о чем он говорил в своем послании Федеральному собранию.

Оборонный бюджет Америки сейчас около 700 миллиардов долларов, а наш валовой национальный продукт около 20 триллионов, то есть это 3,5 процента от всего валового национального продукта. Можно увеличить, скажем, до 5 процентов, тогда оборонный бюджет увеличится в полтора раза или на 400–500 миллиардов.

На такую сумму Россия в принципе не может увеличить свой бюджет. Ситуация в этом смысле схожая: Америке ничего не стоит увеличить эти обороты, а вторая сторона просто надорвется.


Интервью ветерана.

В начале 60–х годов прошлого столетия одна радиостанция пригласила московского сапожника Ивана Румянцева на эфир, посвященный военной тематике. Гостем Румянцев стал потому что был рядовым солдатом и дошел аж до Берлина, где принял участие в штурме рейхстага и был ранен в голову.

Оказавшись перед микрофоном, Иван внезапно зарыдал, а после произнес: «Не думал, что доживу до такого дня. Ведь меня вся страна будет слушать. А все эти годы живем впятером в комнате 15 квадратных метров в подвале. Куда ни ткнусь, всюду гонят: "Ну, воевал! Ну, получил награды. Чего тебе еще надо?"».

Этот случай в полной мере описал не только отношение советской власти к 2,5 миллионам солдат, вернувшихся с фронта инвалидами. Он показал молчаливую покорность советского народа, который не смог отстоять прав своих защитников и дал большинству из них спиться по богадельням, подвалам, различным притонам и старым квартиркам.


Как работает ядерный чемоданчик.

Абонентский комплекс "Чегет" автоматизированной системы управления стратегическими ядерными силами "Казбек" - так правильно называется ядерный чемоданчик, - является инструментом ответного удара. Он приводится в действие только после получения сигнала о ракетном нападении на Россию.

- Сначала поступает сигнал от системы раннего предупреждения о ракетном нападении. Он проверяется дежурным генералом командного пункта в Солнечногорске и только после этого система "Казбек" переводится в боевой режим.
В чемоданчике находится аппаратура связи с генеральным штабом и командованием РВСН. Грубо говоря, телефон - но информация передается не голосом, а зашифрованными символами. Заблокировать связь невозможно.

Постоянно на боевом дежурстве находится три "Чегета": у главы государства, министра обороны и начальника генерального штаба. "Главная кнопка" в чемоданчиках есть - она передает на командные пункты РВСН код, разрешающий использование ядерного оружия. Но запуск ракет произойдет лишь в том случае, если команды об этом поступят со всех трех пультов.